Информационно-аналитический центр  –  Экспертная оценка  –  Культурная безопасность Каспийского региона: российско-казахстанский вклад
 
14.01.2017

Культурная безопасность Каспийского региона: российско-казахстанский вклад


   

 

Проблема безопасности чрезвычайно сложна и многослойна, а само понятие «безопасность» распространяется на весьма широкие сферы: от государственной безопасности до безопасности жизнедеятельности. Уровень современного военного потенциала и его разрушающие способности, проблемы в экологической сфере, информатизация общества, этнические конфликты и т.д. создают все новые объективные угрозы существованию человечества.  Эти угрозы столь многочисленны и разнообразны, что формируется целая серия понятий, связанных с реакцией на эти угрозы и, соответственно, безопасностью человечества во многих сферах; безопасность, безопасность жизнедеятельности, государственная безопасность, национальная безопасность, социальная безопасность, духовная безопасность, этническая безопасность, конфессиональная безопасность, культурная безопасность.

 

С нашей точки зрения весьма актуальным становится понятие культурной безопасности. Термин «культурная безопасность» достаточно новый и еще недостаточно разработанный теоретически. Впервые о культурной безопасности упоминается в работах Ж. Бодена в XVIII в. Понятие безопасности рассматривается Ж. Боденом чрезвычайно широко и охватывает кроме обычного спектра составляющих, также экономическую и культурную безопасность.

 

Большой вклад в разработку этой проблемы на уровне безопасности культурного пространства внес другой француз П. Бурдье. По его мнению, безопасность культурного пространства — это забота государства о культуре своей страны. Бурдье тиражирует альтюссеровский термин «культуркапитал», придавая ему новое дыхание.

 

На Западе концепция культурной безопасности как cultural safety начала формироваться в восьмидесятых годах ХХ века. Возникает она в процессе формирования системы медсестринского и акушерского облуживания народа Маори в Новой Зеландии, когда стало понятно, что в процессе этой деятельности необходимо учитывать традиции и обычаи народов, которым оказывается соответствующая медицинская помощь. Культурная безопасность (cultural safety) понималась как деятельность, которая поддерживает, уважает и вызывает доверие к культурной идентичности и процветанию индивидуумов, дает им возможность выражать свою идентичность и идет навстречу их культурным нуждам.

 

Для отечественной науки это проблема достаточно новая и малоразработанная. С нашей точки зрения, культурная безопасность есть не только поддержание безопасности в культурной сфере, как — то предотвращение религиозных и этнических конфликтов, упадка духовности, разрушения культурных памятников, но и поддержание национальной безопасности через развитие культурного самосознания. Поскольку безопасность есть состояние системного равновесия, то поддержание наработанных культурных паттернов во многом стабилизирует систему. Культурная безопасность, по замечанию С. Форрестера, это скорее не защита культуры от угроз, а создание условий, при которых культура будет безопасно расти, и развиваться по своим законам. С нашей точки зрения система культурной безопасности – это и зашита культуры от угроз, и одновременно, создание условий для ее гармоничного развития.

 

На региональном уровне культурная безопасность представляет собой сохранение и поддержание состояния системного равновесия региона обусловленного его культурной целостностью. Под культурой в данном случае мы понимаем предмет, процесс и результат человеческой деятельности, т.е. достаточно широкий спектр человеческого бытия.

 

Проблемы, связанные с культурной безопасностью обусловлены целой группой рисков. В связи с чем появляются эти риски? Во-первых – в связи с все увеличивающейся культурной обусловленностью человеческой жизни. Наша жизнь все более подчиняется результатам нашей культурной деятельности, а к ХХI веку подчиненность превращается в зависимость. Вся наша социальная деятельность напрямую зависит от технических достижений и перебои в мировой информационной системе могут привести к международному социальному коллапсу.

 

Еще один важнейший фактор риска — это глобализационные процессы в культурной сфере, которые интенсифицируют потребность человека в культурной самоидентификации. Если еще полвека назад приобщение к европейской культуре было сильнейшим стимулом для развития Азиатских стан, то с усилением глобализационных тенденций каждый этнос пытается противостоять натиску унификации и сохранить свою культурную идентичность любой ценой.

 

Еще одним фактором риска является процесс регионализации. В последнее время именно геополитика того или иного региона определяет международные процессы, происходящие не только в данном регионе, но и в мире. Дестабилизация геополитически важной региональной системы может привести к разбалансированию состояние всей мировой системы на достаточно длительное время.

 

Итак, что же представляет собой культурная безопасность региона? Это: защищенность от этнических и конфессиональных конфликтов; защищенность от террористического вмешательства; предотвращение упадка духовности; грамотная политика по отношению к объектам культурного наследия; культурная самоидентификация.

 

Каспийский регион является важнейшим международным регионом Евразии. После развала Советского союза в 1991 г., Каспийское море перестает быть практически внутренним озером для двух государств с преобладающей территорией в СССР, и становится самостоятельным регионом. Все проблемы данной территории разом превращаются в трансграничные. Меняется геополитическое положение Прикаспия. Его значимость в международном пространстве неоднократно возрастает. Каспий начинает восприниматься многомерно и полипарадигмально. Некоторые аспекты геополитической привлекательности меняют свою векторность.

 

До конца ХХ века Каспий всегда был прежде всего источником драгоценной красной рыбы и черной икры. Эти продукты подавались еще к царскому столу и продавались за рубеж. В настоящий момент идет процесс воспроизводства осетровых, посредством выпуска рыбной молоди преимущественно Российскими рыбзаводами. Однако мораторий на рыбную ловлю держат не все Каспийские государства. Получается, что на данный момент Россия работает на соседей. Переговоры прикаспийских стран по вопросу необходимости подписания документа о введении моратория на вылов осетровых на море ведутся с 1992 года. В последнее время они интенсифицируются. Так президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в апреле 2009 года заявил, что Казахстан и Иран предлагают объявить мораторий на вылов осетровых, поскольку браконьерство и добыча этой рыбы приводят к тому, что она вообще может исчезнуть. Таким образом Россия и Казахстан поддерживают друг друга в решении этой проблемы.

 

Однако в настоящий момент проблема природного богатства Каспийского бассейна меняет свою векторность в сторону углеводородных запасов. В Каспийском регионе именно Россия и Казахстан занимают здесь лидирующее положение. По подтвержденным запасам нефти Казахстан входит в число ведущих стран мира, занимая седьмое место, по запасам газа – шестое и урана – второе. Однако объем запасов углеводородов до сих пор остается дискуссионным. По оценкам Минприроды России, только разведанные запасы на 2011 г. составляют: по нефти — 2,95 миллиарда тонн, по природному и нефтяному газу — свыше 3,1 триллиона кубических метров. Казахстанские эксперты считают, что Каспийская нефть превращается в миф, раздутый когда-то американцами, чтобы подтолкнуть советские республики к провозглашению независимости, внушив им, что они обладают несметными богатствами, которые отнимает у них Россия.

 

В последние десятилетия изменилось значение Каспий как международного транспортного узла. Уникальный стратегический фактор Каспийского региона заключается в том, что он расположен на мировом автомобильном, железнодорожном и морском перекрестке. Он являлся таковым с древнейших времен, когда здесь пролегал великий шелковый путь. Если все остальные преимущества Каспия (биоресурсы, углеводороды) могут быть когда-то исчерпаны, то фактор перекрестка останется всегда. Но, как свидетельствует история, на всемирных перекрестках торговые коммуникации часто приобретают военно-стратегическое значение и становятся путями войны. Для Казахстана важное значение приобретает создание международного транспортного коридора — Западная Европа — Западный Китай. Этот путь позволит увеличить ежегодные объемы грузоперевозок к 2020 г с 13 млн. тон до 33 млн.т. т.е. в 2,5 раза.

 

В последнее время Каспий становится все более популярным местом отдыха. Особенно это касается пляжей Казахстана и дельты Волги. В 2011 г принято решение о строительстве крупного курорта Kenderli Beach Development. Инфраструктура будущего курорта будет включать несколько пляжей, дороги, места парковок, автобусный вокзал, электростанцию, поле для гольфа, парк, спортивные площадки, тематические парки, аквапарк, а также парк аттракционов и развлечений. Этот курорт станет первым проектом такого масштаба в Казахстане и на Каспийском море в целом.

 

Таким образом, Каспий становится транснациональным культурным пространством, в котором тандем Россия- Казахстан занимает весьма важное место. «Казахстанско-российские отношения находятся на высоком уровне доверия и стратегического партнерства. Несомненно, российский вектор всегда был и остается одним из главных приоритетов казахстанской внешней политики. Между Казахстаном и Россией не существует проблем, которые не были бы решены путем конструктивного диалога и учета взаимных интересов. Это касается, как политических, так и экономических вопросов» — сказано в послании Н. Назарбаева к народу Казахстана от 1 марта 2006 г.

 

Региональная культурная безопасность сохраняется и в результате двусторонних культурных связей. Это касается не только проводимой обоими государствами политики по сохранению памятников материального культурного наследия, но и, в том числе, нематериального. Это связано, прежде всего, с большой коммуникативной программой, дающей возможность гражданам обеих стран получить информацию об истории и культуре сопредельных государств.

 

А.П. Романова, доктор философских наук, профессор, директор Гуманитарного института Астраханского государственного университета


М.С. Топчиев, кандидат политических наук, старший научный сотрудник Лаборатории по исследованию социально-политической и культурной динамики региона Нижнего Поволжья и Прикаспия Астраханского государственного университета


Поделиться: 

 
 

Обсудить: 

Комментарии

Зарегистрируйтесь или зайдите на сайт, чтобы оставить комментарий.



 

Публикации

 

Новости

Ссылка на ia-centr.ru обязательна при любом использовании материалов с данного сайта. Все права защищены и охранаются законом.
© ia-centr.ru, 2008 || powered by Blew Design