25 ноября 2007
Индо-Российский молодежный форум
25 октября 2007
Русские в Прибалтике до и после вступления в Евросоюз»
23 октября 2007
экспертный семинар "Проблемы информационной поддержки актуальных направлений современной миграционной политики Российской Федерации".




Диалог Бизнес-Власть

Публикации



Народное самоуправление казахов Оренбургской области

Е.И.Ларина, О.Б.Наумова

06 сентября 2006

Ларина Елена Игоревнакандидат исторических наук, доцент кафедры этнологи исторического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова
Наумова Ольга Борисовнакандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН

Наша статья посвящена современным советам старейшин, или советам аксакалов, возникающим в последние пятнадцать лет у казахов Оренбургской области. В настоящее время, пожалуй, рано говорить об этой форме казахского народного самоуправления как о вполне и окончательно сложившейся структуре. Сегодня этот социальный институт можно наблюдать в процессе его зарождения (воссоздание) и постепенного становления: советы старейшин есть не во всех казахских населенных пунктах, а там, где существуют, находятся на разных уровнях организационного оформления - от совершенно аморфных до организаций с чёткими структурами (постоянным составом членов, регулярными собраниями и т.п.). Об этом же свидетельствует и то, что название этого социального института ещё не устоялось - практически нигде он не называется "советом старейшин (аксакалов)", однако данный термин хорошо передаёт суть явления, так как все наши информаторы сразу же понимали о чём идёт речь. Поэтому и мы будем употреблять его для обозначения этой формы самоуправления казахов.

Совет старейшин как собрание наиболее старых и уважаемых людей для решения общественно значимых задач - характерный институт патриархального общества, отражающий традицию уважительного отношения к старикам, их силу и влияние. В традиционном казахском обществе он существовал в форме совета биев (билер кенесы) и суда биев (билер соты), т.е. народного суда, в который избирались наиболее уважаемые и влиятельные старейшины аулов и родов. Современные советы старейшин унаследовали некоторые функции этих традиционных казахских институтов, и в этом смысле их можно считать преемниками советов и судов биев.

С течением времени формы и функции судов биев претерпевали значительные изменения. В Российской империи члены суда утверждались российской администрацией, был ограничен список уголовных дел, по которым они могли принимать решения. В первые годы советского государства суды биев также функционировали, но уже с 1928 г. деятельность такого рода уголовно преследовалась. Однако третейские суды продолжали существовать, хотя и в сильно редуцированной форме. Конечно же, они перестали быть судами в смысле определения вины и меры наказания. Вышел из употребления и сам термин «бий». Циркуляром Народного Комиссариата юстиции КАССР №2 «Об упразднении третейских судов» в 1925 г. официально были запрещены суды биев, в следующем циркуляре 30 октября 1925 г. о привлечении к уголовной ответственности «за разрешение ими всякого рода уголовных и гражданских дел» бии именовались уже аксакалами.

С упразднением народных судов и полным распространением суда государственного в советскую эпоху вопросы установления этических, социальных норм переходили в ведение прежде всего партийных институтов, а также к общественным организациям – профсоюзам, женсоветам и пр. Однако уничтожение суда биев не означало уничтожения традиции уважительного отношения к старшим. (И раньше мнение старейших ограничивало решения суда биев: «Власть бия – весьма относительная и условная. Бия слушаются, когда убеждение его совпадает с убеждением толпы его родовичей; распоряжение бия ничего не значит, если старшие в семействах не одобряют их». ) В советское время традиция считаться с мнением старших, испрашивать у них совета сохранялась в полной мере в рамках семьи и, вероятно, в некоторых вопросах (особенно касающихся исполнения обрядов, в частности, похорон) в рамках аула. Постепенно с развитием урбанизации, распространением СМИ эта традиция в значительной мере ослабела.

С началом периода перестройки и деидеологизацией общественной жизни, в связи с реалиями становления рыночной экономики вопросы формирования этических норм ушли, казалось бы, из поля зрения общества. Происходило размывание представлений о социально допустимых нормах поведения. Однако именно эти условия способствовали самоорганизации общества снизу. В казахской среде формой такой самоорганизации стали советы старейшин. В Оренбургской области эти советы распространены в казахской среде повсеместно. В частности, мы наблюдали их во время этнографической экспедиции в августе 2006 г. в Оренбургской области: Адамовском, Акбулакском, Беляевском, Илекском, Соль-Илецком районах.

Можно выделить две формы таких советов, хотя деление это довольно условное: зачастую советы сочетают в себе черты обеих форм. Первая - наиболее распространённая – советы старейшин при мечетях. В 1990-е гг. определённое консолидирующее влияние оказывало распространение религиозных взглядов, что приводило к росту уровня религиозности населения и формированию нового духовного климата. В этом процессе создание советов старейшин и их активизации шёл параллельно с открытием мечетей, объединяющих естественным образом вокруг себя мусульман не только того населённого пункта, в котором мечеть расположена, но и близлежащих деревень. Необходимо учитывать, что совет старейшин и приходской совет – явления разные. В приходской совет при мечети входят и казахи, и татары, и чеченцы, как, например, в Акбулакской мечети. И сферой деятельности приходского совета являются главным образом вопросы хозяйственные и распределения собранного пожертвования-садака. Конечно же, в местах компактного проживания казахов происходит некоторое слияние этих советов, и их деятельность затрагивает уже глубинные аспекты казахских традиций. В таких населённых пунктах и имам является этническим казахом.

В казахской среде наибольшая степень религиозности отмечается у людей пенсионного возраста. Не раз нам приходилось слышать мнение о том, что молодые люди с возрастом станут религиозными, то есть начнут посещать мечеть, держать пост (уразу), совершать намаз и пр. Пенсионный возраст является естественным рубежом по вполне очевидным причинам – молодые люди много работают, растят и воспитывают детей, и при этом соблюдение норм ислама практически невозможно (впрочем, молодые люди небезосновательно считают себя мусульманами). Естественно поэтому, что советы старейшин теснейшим образом связаны с мечетями.

Как правило, такой совет складывается из старейших по возрасту мужчин населённого пункта. Его численность редко превышает 15, а обычно насчитывает 5-6 человек. Помимо собственно людей преклонного возраста, в такие советы входят и «народные» муллы. Чтобы понять их роль, необходимо сделать отступление относительно взаимодействия имамов мечетей и народных мулл в деревнях. Как правило, мечеть располагается в относительно крупном сельском населённом пункте, в мелких же или удалённых деревнях мечетей нет. Ходом молитвы в мечети руководит имам, он же совершает мусульманский брак («нике»), читает молитву-жаназу над умершим. В деревнях эти функции исполняет мулла (часто его называют "молда"). Муллами называют грамотных мусульман, умеющих читать Коран и знающих арабский язык. В действительности, это всё те же аксакалы, многие из которых Коран читают по памяти, не зная арабского языка.

В наши дни и имам, и муллы находятся в тесной связи друг с другом. Муллы входят в совет старейшин при мечети, собирают бытыр в своих деревнях, а затем передают его в мечеть, обучаются чтению Корана в медресе, но иногда и у имама. Муллы транслируют основные суждения и решения имама, а нередко и определяют его судьбу – если имам по какой-либо причине вызывает возмущение совета старейшин, не устраивает его, то в мечеть назначается новый имам по согласованию с советом старейшин. Когда-то совет старейшин одного из районных центров утвердил кандидатуру имама в мечеть, однако его практическая деятельность (в том числе и проведение даура – см. ниже) настолько не удовлетворяет представления старейшин о поведении имама даже в семейной и повседневной жизни, что сейчас решается вопрос о выборе нового имама (конечно же, окончательно на должность имама назначает Оренбургский муфтият).

Замечательно, как тамошний имам реагирует на критику старейшин: «Он всегда говорит: «Не делайте то, что мулла делает, делайте то, что он говорит. И рассказывает анекдот, как на том свете убийцы и воры в аду лежат, вдруг их кто-то снизу щекочет. Кто такой? Мулла». В другом селе старейшины не довольны тем, что мулла не выезжает по просьбам жителей отдаленных поселков даже на проведение похоронного обряда, и тоже собираются заменить его другим, кандидатуру которого они одобрили.

Как правило, круг вопросов в таких советах обозначен вопросами веры. Известно, что большинство современных мечетей строится на пожертвования крупных предпринимателей. Но есть мечети, в строительство которых внесена и народная лепта. Так было при строительстве Адамовской мечети, когда собралось человек 25 старейших во главе с Ганеевым Исмаилом Ибраевичем и по дворам ходили, собирали по 100 рублей. По его словам, это составило десятую долю, а основную сумму предоставили руководители совхозов и предприниматели.

Обыкновенно совет старейшин принимает решение о распределении бытыра – исходя из собранной суммы определяют каким нуждающимся (бедным, многодетным семьям, одиноким старикам) раздать милостыню, какую часть отвести для ремонта или других хозяйственных нужд мечети, какая-то сумма выделяется на похороны одинокого человека, и лишь самая малая часть (около 3000 руб. в год) выплачивается в виде жалованья имаму.

В последнее время в Ясненском, Домбаровском, Адамовском районах решается немаловажный для народного ислама вопрос – проведения над умершим даура, взятия через посредство муллы пожилым мужчиной грехов покойного на себя. Причём во время обряда используют лоскут с завёрнутыми в него деньгами. Эта своего рода «индульгенция» стала предметом острых разногласий. Инициатором отмены даура выступил имам Ясненской мечети. В зависимости от ответа на вопрос о необходимости даура муллы в деревнях либо принимают его сторону, и тогда агитируют казахов отказываться от даура, либо выступают оппонентами, продолжая совершать этот обряд. В данном споре совет старейшин играет чуть ли не ведущую роль, формируя мнение в народной среде. Причём основным аргументом является даже не то, что даур далёк от классического ислама, а экономическая выгода, ибо отказ от него позволяет сэкономить 600 рублей при среднем расходе на похороны 4-5 тысяч рублей.

В круг деятельности советов входит вопрос поддержания порядка на кладбищах. Так, в с. Советском Акбулакского района совет решил вопрос об устройстве ограды на кладбище. Сложнее обстоит дело в Обильном Адамовского района. Это село относительно молодое, основанное в период освоения целины, и преобладает в нём украинское, русское, мордовское население, то есть в целом немусульманское. Так сложилось, что кладбище здесь неразделённое, общее для людей различных конфессий. В связи с этим даже возникло новое явление, когда сами мусульмане говорят, что на похороны могут приходить женщины-немусульманки и дети. И вот немногие старейшины-казахи уже предпринимали попытку решить вопрос о создании отдельного мусульманского кладбища. Вопрос этот остался нерешённым, но идея по-прежнему витает в воздухе.

Вторая форма совета старейшин держится исключительно на авторитете его участников, и к тому же ограничена величиной населённого пункта. В небольших по численности деревнях, с преобладанием казахского населения подобные советы очень сильны. В качестве примера можно привести советы деревень Карабутак, Нижняя Кийма, Теренсай, Шильда, Обильное. Эти советы так же, как и первые, решают некоторые вопросы религиозного свойства, самый распространенный из которых - проведение моления дождю (в разных районах его называют по-разному – тасаттык, жанбыр садака, жанбыр бер). Моление устраивается в самом начале июня, когда проросшие зерновые требуют дождя для роста. Такое моление проводят главным образом народные муллы. Старейшины же организуют коллективную трапезу: они находят, выражаясь современным языком, спонсоров, то есть тех, кто может выделить деньги на приобретение жертвенного скота (поскольку в молении принимает участие всё мусульманское население деревни, а также и некоторые христиане, сдавшие деньги в «общий котёл», то обычно режут корову; когда же численность населения деревни невысокая, тогда режут одного-двух баранов), собирают с односельчан необходимую для дастархана сумму (она колеблется от 50 до 100 руб. в зависимости от благополучия жителей деревни и её удалённости от райцентра. Собранные же деньги идут на приготовление баурсаков, покупку чая и сладостей и пр.).

Однако характерная черта второй формы советов – решение вопросов повседневной жизни односельчан-казахов, хозяйственных и социальных проблем. В последние 10-15 лет прекратили существование некоторые населенные пункты, которые в народе называют «родовыми казахскими» деревнями – это деревни, основанные в конце XIX - начале XX вв. на традиционных местах летних кочевий. В связи с изменениями в экономике подобная участь угрожает деревне Карабутак. Некогда животноводческий совхоз, сегодня Карабутак состоит из личных подсобных хозяйств, молодое трудоспособное население уезжает. В этой ситуации совет старейшин деревни обсуждает, как вновь развить животноводство. При этом за помощью обращаются к более благополучным хозяйствам, например, в совхоз «Юбилейный».

В наиболее яркой форме такая деятельность ведётся в деревне Нижняя Кийма. Бесспорным лидером в ней является Уразымбетов Б.К. - учитель истории, казахского языка, директор школы, председатель районного общества «Казах-теле». Его авторитет среди односельчан позволяет совету старейшин, куда входит 4-5 наиболее уважаемых жителей села, функционировать наиболее эффективно. Здесь спектр решаемых вопросов очень широк. Так, совет не допустил закрытия клуба в поселке. В этом году было решено не проводить в деревне Наурыз в связи сильнейшим наводнением в Адамовском и деревнях этого района: «Мы решили не проводить Наурыз, раз у людей бедствие», - сказал Беимбет Кусмагамбетович. По его инициативе молодых обучают традиционным этическим нормам. Был проведён ряд практических семинаров под названием «Эй, какие казахские снохи!». На них рассказывали о правилах поведения со старшими, в том числе и об основах обращения снохи с свекровью, о правилах приготовления и разливании чая, о том, как готовить бешбармак (сверху непременно налить туздук - репчатый лук с солью и перцем, ошпаренный сурпой-бульоном), как раскатывать лепёшки для бешбармака (кто пробовал бешбармак, знает, что двух одинаковых лепёшек не бывает.

Однако в современной жизни, когда лепёшки как полуфабрикаты появились в магазинах, не каждая казашка умеет правильно её раскатать, сделать тесто однородным. Да и бешбармак всё чаще становится ритуальным блюдом – для гостей, «стариковских» тоев; молодые же предпочитают пельмени, салаты, голубцы и прочие блюда, а «бешбармак – только руки пачкать»). Учат отношению к родителям и гостям: «Курпе стелишь не для гостей, а для себя», то есть как ты встретишь гостей, так и тебя будут люди встречать. На этих занятиях учат и тому, как правильно одеться на похороны. А ведь сегодня на похоронах можно встретить женщин в брюках, с непокрытой головой, свободно общающихся с молодыми ребятами. Совет принимал решения и относительно загрязнения улиц деревни: члены совета беседовали с жителями, призывали их соблюдать чистоту и порядок в поселке.

Однако наиболее социально значимым, на наш взгляд, в деятельности совета является следующее направление: "Если кто-то безобразничает из ребят, мы вызываем в контору и по-своему разговариваем". Тасмурзин [друг и коллега Б.К.Уразымбетова – Е.Л., О.Н.] любил говорить: «У казахов в степи тюрьмы не было». В нашей крови есть послушание старшим. Мы, тех кто пьёт, приглашаем. И самое главное – родители пошли: "Спасибо, что поговорили с сыном". Одна мать пришла, говорит, что дочь пьёт, за детьми не следит. Вышла замуж в Богдановку, пили с мужем, а потом он повесился. Она куда? К матери вернулась с детьми, и здесь пьёт. Мы её вызвали, поговорили. Перестала пить. И за детьми следит, чистые такие, ухоженные». Не одну такую историю рассказал Б.К.Уразымбетов. Таким образом, совет выполняет функции общественного контроля, порицания тех, кто выходит за рамки социальных этических норм. Замечательно и то, что подобная работа оказывается эффективной.

Небезынтересно отметить, что в работе совета не принимает участия имам местной мечети (открытой, кстати сказать, благодаря стараниям членов совета; зарплату ему совет не платит, он работает трактористом). То есть в данном случае имам выполняет исключительно свои религиозные функции, и уже во вторую очередь является соучастником в принятии каких-либо решений. Совет старейшин в свой работе опирается на тесно связанный с ним женсовет, который состоит из пяти женщин, в том числе заведующей клубом, пользующихся уважением среди односельчан. Женсовет прежде всего рассматривает семейные дела, связанные с воспитанием детей, неблагополучными семьями, учёбой в школе. Это как бы низшая инстанция. Если меры женсовета оказываются безрезультатными, то «дело передаётся» в совет старейшин: «Если мужчина пьёт, он может по пьянке послать их. А нас не пошлёт».

Старейшины также активно сотрудничают с районными организациями казахского национального общества «Казах-теле» в организации Наурыза, Курбан-айта. Они не остаются в стороне от общественных акций, как в случае с акциями протеста и пикетами в 2006 г. против захоронения в Оренбургской области радиоактивных отходов. И даже приходится обсуждать чуждые традиционной казахской культуре идеи, озвученные в СМИ. Рассказывая о деятельности совета, мулла Султанезов Золотой Давлетович начал с самоиронии: «Жаловаться приходят. Путин сказал, что жён надо слушать».

Если в небольших деревнях совет старейшин реально влияет на общественную жизнь, то в крупных населённых пунктах (райцентрах, городах) их роль конечно же не так весома. Некоторые довольно скептически относятся к деятельности совета старейшин. Вот мнение человека, служившего в органах внутренних дел: «При мечети есть совет старейшин. Они по указу администрации проголосовали за нового главу. Прежний был казахстанский мулла [в мечети], с Уральской области. Он отказался по выборам агитировать в мечети, теперь нового прислали». Это мнение недалеко от истины. Мы не знаем, была ли действительно такая агитация и под чьим руководством, но то, что в любом совете старейшин обсуждается кандидатура того или иного депутата в органы власти любого уровня и осуществляется его моральная поддержка вплоть до агитации – остаётся фактом.

Очевидно, что совет старейшин является весьма эффективным органом для распространения идей в обществе, формирования общественного мнения. Было бы неверно исключать его использование и со стороны государства. Однако можно с уверенностью констатировать его истинно «народный» характер как в возникновении, так и в решении действительно актуальных для казахской общины вопросов.

« к списку публикаций

© 2005 АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР  

При любом использовании материалов  
веб-сайта ссылка на www.ia-centr.ru  
обязательна. При перепечатке в интернете  
обязательна гиперссылка www.ia-centr.ru.  
Все права защищены и охранаются законом.  

Создание сайта - netservice.ru